26/09/18. нет, мы правда не умерли. это наш концепт.
07/09/18. о вау, посты пишутся.
08/07/18. для тех, кто думает, что мы мёртвые: НЕВЕРНО. это концепт.
25/06/18. актуальная новость: белый стёр последнюю актуальную новость. дурачок. но все прямо сейчас идите и скажите ему спасибо за графику. а открытие было 22-го.
20/06/18. царство криворучек. сегодня днём или завтра снимем профу? и напишем нормальную новость типа "ой, мы открылись. случайно вышло, извините".

Вверх страницы

Вниз страницы

EVERY EPISODE EVER

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » EVERY EPISODE EVER » MEDIUM RARE » пив-пав и постапокалипсис


пив-пав и постапокалипсис

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

я скоро сделаю шапку честно

0

2

Громкий треск. Мо открывает глаза, встревоженно приподнимая голову с подушки и всматриваясь в темноту коридора. Всё его тело протестует, а голова словно чугунная и так и норовит опуститься обратно, так что он заставляет себя сесть, спустив ноги на холодный паркетный пол. Треск повторяется, и в этот раз Мышь узнает в нём звук расколотого дерева. Секунда. Две. Три. Он хватает с тумбочки маску и быстрым движением пальцев защелкивает ремешок на затылке. Зелёные цифры в левом верхнем углу показывают 3:47. Сигнализация не сработала. Ничего не сработало. Он толкает Нэнси в плечо и тут же зажимает ей рот. Кто-то их заложил.

Мо закрывает балконную дверь, бросив взгляд на забаррикадированный наспех вход в спальню, и тут же присаживается. Он открывает пожарный люк, пытаясь не обращать внимание на трясущиеся руки Нэнс (в них тускло поблескивает усовершенствованный TEC-9). Она уходит первой, Мышь следом. Из бокового кармашка рюкзака он достает заранее подготовленный на такой случай замок и вешает его на петли люка, выигрывая время.

– Разделимся.
– Нет, – отвечает Мышь, натягивая второй сапог.
– Так больше шансов, что кто-то из нас спасётся.
– Ты слышала мой ответ.
Закончив с обувью, он осторожно выглядывает из окна, продумывая, как лучше уйти. Осталось четыре этажа. Два микроавтобуса с северной стороны и один с южной. «Ублюдки». Нэнси сидит на пыльных мешках с чьей-то одеждой; голубые глаза своим блеском выдают её страх.
– Мы выберемся, Нэнс, – выдыхает он, присев и взяв её за руки. Девушка целует его в верхний край маски.

Её крик оглушает их всех. Огромный, наполовину металлический Ловчий одной рукой сдирает Нэнси с забора и забрасывает к себе на плечо. Мо застывает. Они ведь почти перебрались через сеточную изгородь. У них ведь почти получилось.
– Хватай второго и пошли.
– Нет! – истошно орёт девушка, пытаясь вытащить оружие из своего рюкзака. Мышь всё ещё не двигается с места, остановившись на самом краю изгороди. Осталось только перебросить ноги и спрыгнуть. Второй верзила подползает к нему и хватает за край сапога, и только это выводит его из оцепенения. Мо трясёт ногой, попутно попадая ему в подбородок, и вырывается, ловко перебрасывает свое тело через забор, уже почти спрыгивает… но Ловчий успевает схватить его за руку. Недолго думая, Мышь свободной рукой проворачивает, нажимает на несколько деталей одновременно и отстегивает протез.

Тот же день, 14:55.
– Осторожнее, Мышонок.
– Спасибо, Горбатый, – Мо улыбается, а линзы в его маске наполовину подсвечиваются оранжевым, оповещая собеседника об этом. Он забирает бумажный сверток, отдаёт маленький бархатный мешочек, и они расходятся в разные стороны переулка. Теперь он хотя бы знает, в каком направлении двигаться. Осталось только найти помощника.

Ему пришлось проверить несколько локаций, прежде чем отыскать верную, и часы к тому времени уже показывают почти шесть. Скоро начнёт темнеть. Солнца он никогда не видел, но оранжевые облака на западе говорят о том, что оно всё ещё есть. Мо берет камень покрупнее и кидает его в высокую траву, туда, где когда-то находилась детская площадка. В разных частях двора загораются красные огоньки, но тут же гаснут. Через секунду раздается очередь выстрелов. Угроза либо мнимая, либо устранена. Он вздыхает, усаживаясь по-турецки прямо на сухую пыльную землю, и начинает бегло водить пальцами по экрану планшета. Без руки непривычно и тяжело. Без Нэнси тоже.
Вход в подъезд завален. Окна первых трех этажей на противоположной стороне дома забиты досками, без руки не пролезть. Клочков земли, не входящих в радиус турели, слишком мало. Единственный вариант – крайний (самый ближний к цели) подъезд дома напротив. Мышь поднимается с земли и отряхивается, закидывает планшет в сумку, подправляет ремень винтовки и начинает обходить дом, чем дальше от турели, тем лучше.

Он тратит очень много времени на то, чтобы забраться в окно. Сначала закидывает сумку. Потом винтовку. Потом, еле-еле, себя самого, после чего позволяет себе несколько минут передышки.

Мо поднимается на последний этаж, очень аккуратно обходя участки с окнами, и радуется тому, что выход на крышу открыт. Хоть в чем-то ему везет. Он подходит к краю, выставляет винтовку на ножки, предусмотрительно закинутые в сумку, и зажимает уши от мерзкого скрежета пуль по металлу. «Интересно, тут такой шум каждый раз, когда сюда залетает какой-нибудь голубь?». Мышь изощряется прицелиться и выстрелить без одной руки. На третий раз он наконец попадает в цель. Турель затихает. Мо садится спиной к высокому борту крыши, на всякий случай, чтобы его не пристрелили.
– Хлоя, моя ж ты красавица! К тебе и правда хрен подберешься. Выходи, поболтаешь хоть со старым другом, – Мо почти переходит на крик, не будучи точно уверен, что его слышат. – Я просто сейчас не настроен на скалолазание. Турель обещаю починить.

+1

3

нора, вернее сказать, дупло сперва казалось слишком большим, потом ветхие задние комнаты - прихожая, кухня, гостиная, ванная, но хлоя не разбирается без поясняющих табличек, - заполняются хламом и приобретают статус складов. так дупло оказывается много легче защищать. хлоя спит спокойно, чернота под закрытыми веками не нарушается всполохами и красными росчерками трасс.
вообще-то, у хлои никогда не было проблем со сном.
он ебланит до поздней ночи, пытаясь собрать из хлама пулялку, чтобы а) она стреляла... хотя бы первое время, и б) остались бы какие-нибудь части, которые можно загнать. сраные умники, сами приносят металлолом и платят меньше, мол, за вычетом стоимости сырья. в этом городе мехов валить может каждый второй, оставшаяся половина - не местные торгаши. к тому же сырьё это второсортное в лучшем случае. какое сырьё, такое и оружие, скажет хлоя, отдавая товар. какой оружейник, такое и сырьё, огрызнутся в ответ. смотри не умри там, осклабится хлоя.
смотри не попади под выстрел, который разнесёт твою голову на маленькие кусочки, потому что ты подумал, что будешь быстрее, но спусковой механизм застрял и не выдал спасительную очередь, и теперь твои мозги сохнут вперемешку с кровью там, где уже на следующий сезон будет зеленеть трава, и мех, убивший тебя, будет чистить этой травой свой заржавевший бок.
смотри не умри там, бубнит хлоя себе под нос с многозначительной и глуповатой ухмылкой, когда время далеко за полночь, а каменный цветок всё не выходит. в конце концов он сдаётся, его творческая жилка недостаточно мощна для такого, её питают только подходящие к концу запасы дерьмовой еды. он заваливается спать с новой заряженной второсортной пушкой на столе и - кстати, мехи не чистят себя травой, они меняют вышедшие из строя детали, - спит, как всегда, без сновидений.

- в смысле, блядь. чё-то я не помню, чтобы соглашался на такой обмен. где мясо? где орешки? я ж не прошу консервов, мать твою, неужели ж я так много прошу.
хлоя не очень хорош в вопросительных интонациях.
- мужик, я чё, похож на охотника? пайки и так покупать приходится. я с тобой валютой местной делюсь, ты мне ещё...
- в рот я ебал твою валюту, уговор другой был.
- блядь, вот по чесноку? за твоё говно и птичей сраки жалко, а ты просишь со своей кусок отрезать. у торговцев на шарпе товар гораздо лучше.
- у них и покупай, блядь. чё. слишком дорого. а у меня, значит, нет.
- не было у нас уговора про еду. про цену - был. так и быть, с меня бутылка пива, и пошёл ты нахуй, хлоя.
"чтоб ты сдох"? нет, он прав, клиентская база всё мельчает, а клиентам, которые жизнь ставят на твоё умение, не принято желать смерти.
- смотри не сдохни там.

на вырученную валюту-хуюту ему удаётся пожрать довольно сносно, учитывая дополнительную бутылку пива. пиво - одно название, от слова "пить". состав - незнание, пятьдесят процентов, благо, пятьдесят процентов. на вкус - лучше воздержаться от сравнений. хлоя бесится чисто потому, что ему приходится идти на базар и встречаться с людьми, но, раз уж он спустился со своей башни рапунцель, поздно строить из себя социопата. после обеда и незначительного пополнения запасов хлоя приценивается к прилавкам на шарпе - торговой площадке. пушки действительно стали навороченнее за последнее время, но толку от этого немного; умелому человеку навороты ни к чему, а неумелого они не спасут. видимо, поселения богатеют, торгашам тоже приходится как-то выкручиваться.
ну, с такими ценами у хлои ещё долго будут клиенты.
он возвращается и устраивает послеобеденный сон, пока пыль в ржавых лучах оседает на плющевидные растения, овившие балкон до порога и лезущие в пустые окна. просыпается, чтобы поссать с шестнадцатого этажа, даже не зная, что это ни много ни мало шестнадцатый этаж. после заката надо показать свой узкоглазый фейс во вросшем в землю подвале-гадюшнике-баре. что ни день, кому-нибудь нужно чинить охранные системы. почти три года как.
хлою устраивает.

он открывает глаза на писк устройства на стене - сработала сигнализация. скорее всего, какая-нибудь несерьёзная хуйня, не требующая его вмешательства, но хлоя уже сидит на кровати, пэ пэ в левой руке. прислушивается к бойкому стрекоту турели. умничка, ласково думает он. очереди сменяются промежутками гуляющего по двору эха и не слишком напряжённого ожидания, затем стрельба возобновляется. хлоя решает перестать тратить боезапас и самому по-быстрому разобраться с тем, что тревожило защитную систему. он почти выходит на балкон, когда слишком громко и слишком близко чиркает пуля, направленная в его сторону. хлоя приникает к стене. какого хуя?
он хорошо знает своё дупло и все окрестные точки, откуда можно стрелять. таких мало, хлоя грамотно подошёл к выбору убежища. он всматривается туда, где засел какой-то говнюк; - второй крайне неприятный для слуха дзынь; - не сразу, но замечает угрожающий блеск; - третий, и турель грустно вешает пулемётный нос, и всё стихает.
хлоя слишком проснулся, к несчастью для стрелка.
к счастью для стрелка, он сразу понимает, что голос знакомый. не сразу вспоминает его обладателя, но немного расслабляется, осматривает турель. та не собирается взрываться, всего лишь потеряв в схватке кусок обшивки и несколько микросхем.

старый друг, а?
показаны результаты по запросу знакомство сомнительной пользы
при взгляде на хлою невозможно не прочитать снисходительное и раздражённое "чё надо".

- тебе придётся продать себя в рабство, чтобы заплатить за мою девочку. хотя я буду только рад.

он оставляет пэ пэ при себе и резво поднимается с балкона на крышу. отсюда прогулочным шагом можно совершить обход всего двора по периметру. здесь также очень легко быть подстреленным, и хлоя не спускает взгляда с того места, где сидит нарушитель спокойствия. добирается он, впрочем, без происшествий, и, спрыгнув на бетон рядом со стрелком, узнаёт его при одном взгляде на лицо.
...ну, на маску.
хлоя абсолютно не скучал. концепт "скучать" ему скучен. другими словами, все его знакомые со своими знакомыми и со знакомыми своих знакомых могут провалиться к чёрту. ещё и турель теперь не работает.

- мышь. нахуя такие сложности, мог бы ночи дождаться и зайти к сюзанне. протез пропил, видимо.

+2

4

Мышь смиренно ждет, лишь криво улыбнувшись колкостям давнего приятеля. Он такой, сколько Мо его помнит: вроде не слишком-то и разговорчивый, а хлебом не корми, только дай побубнить. А уж если при этом еще и кормить… 

Пока Хлоя воистину кошачьей походкой направляется к нему, он вытягивает все свои 3/4 конечности и протяжно зевает. Бессонная ночь, полная ужаса, паники и скрежета металлических рук наконец даёт о себе знать. Мышь непроизвольно вздрагивает, выгибается и тут же кутается в огромную для его тельца потрёпанную парку цвета протухшего картофельного пюре. Удовлетворенно урчит, не припоминая за последнее время ни одной потягушки. «В нынешнее время очень важно заботится о себе», – пролетает в его голове фраза одного из знакомых пьянчуг, но тоном мудрейшего монаха прошлого тысячелетия, когда это еще было популярно. «Вот ведь где истина». К тому моменту, как Мо заканчивает с заботой о себе, Хлоя преодолевает последнее препятствие и теперь возвышается над ним с самым недовольным ебальником из его арсенала недовольных ебальников.

– Никто не говорил об оплате, красопета, – линзы маски вновь подсвечиваются оранжевым, – лучший знаток микросхем и прочего металлолома к твоим услугам.

– Мышь. Нахуя такие сложности, мог бы ночи дождаться и зайти к Сюзанне. Протез пропил, видимо.

Мо поднимается с пола, используя винтовку как импровизированную трость. Шмыгает носом, ставит её к бортику и отряхивает комбинезон. Одной рукой, как и все остальное, это делать несколько сложнее, чем он помнит.

– Сам насвинячил, сам приберу… или как там говорится, – заканчивает он свой посыл, почесывая бритый висок. – Прости, не думал, что ты всё ещё обитаешь в этой дыре. Совсем не меняешься.

Ему приходится высоко задирать голову, чтобы видеть лицо здоровяка. А ведь если чуть-чуть постараться, Хлоя запросто может скинуть его с крыши. Вероятно, с помощью всего лишь одной руки. Но Мышь не чувствует угрозы. Или уже слишком отчаялся.

– Свои творения слишком жалко тратить на выпивку, знаешь… – хмыкает он, небрежным движением поправляя светлые жидкие волосы и натягивая маску на макушку. Большими тёмными глазами смотрит на Хлою, неожиданно став серьезным. Лицо его кажется еще более узким от усталости и вечернего света, но сам он выглядит моложе своих лет. Щёлка меж передних зубов заставляет его едва заметно шепелявить.

– Слушай, Хлоя, – начинает он, не зная, как начать. – Тебе ничего не кажется странным? Ничего не изменилось? 

Он не привык трясти долги. Особенно с тех, кто может с такой легкостью его грохнуть.

+1

5

хлоя развлекает себя тем, что придумывает ответы, произнесением которых он не будет себя утруждать. что-то вроде: сразу видно, что знаток из металлолома, сам из него состоишь (хотя ничего и не видно), или: никто так не говорит, или: дыра у тебя в... не знаю, в голове. отъебись.
всё это внезапно начинает походить на сцену крупнобюджетного, но неоригинального фильма. может, и к лучшему, что хлоя не видел ни одного. он смотрит в лицо мо без особого интереса, хотя ощущает лёгкий отзвук удивления. конечно, он в какой-то момент решил - как и все прочие наверняка, - что мышь безлик. что-нибудь вроде снятого скальпа, или вдавленного в череп носа, или на какие там увечья способен этот мир с его жестоким чувством юмора. но нет, у мыши есть лицо, а хлоя мысленно дополняет свою реплику: так вот где у тебя дыра. в зубах. - и этим удовлетворяется.

не хочешь - не говори. мышь что-то скрывает, и хлоя естественно предполагает, что это связано с целью его визита. не забыл же он свою хренову руку дома. только хлоя вряд ли с этим поможет. у него нет ни инструментов, ни умения биоинженера, ни даже подходящих деталей. и - что есть, то есть - мышь и правда гораздо лучше в подобных вещах, чем хлоя. тогда к чему весь этот цирк со снайперкой?

они стоят до глупого долго, считает хлоя. он уже потратил на это где-то три минуты своего (охренительно свободного) времени. и всё это явно не стоило той реплики, с которой мышь приступает к делу. погодите-ка. этот хмырь даже и не думает приступать к делу. хлоя не демонстративно, но крайне очевидно закатывает глаза, и раздражение проступает в его коротких, немногочисленных жестах пугающе быстро.

- приходи, когда соберёшься говорить прямо.

у хлои выразительные черты, но им нечего выражать. он всегда выглядит безразлично с примесью чего-то холодного. сейчас это нечто вроде досады. он разворачивается, собираясь вернуться в дупло тем же путём, откуда пришёл. турель он починит сегодня же, сейчас же. без защиты нельзя. а мышь может хоть до третьего пришествия здесь куковать. хлоя по глубоко укоренившейся привычке мысленно брюзжит, что непременно сдерёт с мо компенсацию за ущерб. будет ему должен.
он легко взлетает на борт крыши, но передумывает и спрыгивает обратно; комично, словно плёнку пустили задом наперёд. хлоя зажмуривается, проклинает себя, проклинает мышь, проклинает свои догадки и даже собственные проклятия. затем, открыв глаза, вновь оборачивается к крайне (!) сомнительному знакомому и от всей души надеется, что его предчувствия - лишь следствие пессимистичного образа мыслей.

три года назад хлоя был крутым парнем. вообще-то, хлоя всегда им был. он родился крутым парнем. если совсем точно, ему было предназначено стать крутым парнем, и выбора ему не давали. хлоя может один на один справиться со среднестатистическим боевиком, зачистить целую фабрику от мехов или вести затяжные сражения неделями. хлоя стреляет с левой руки из всего, что стреляет, и бьёт с правой. хлоя может собрать арсенал из говна и палок (чем, кстати, и занимается по сей день).
три года назад хлоя пришёл во францию. тогда он поставил себе целью прежде всего надёжно окопаться, ведь он планировал остаться в этом пункте на неопределённый срок. удача отвернулась от него, и поиски заняли больше времени, чем должны были. хлоя искусно избегал людей, рассчитывая сначала присмотреться. когда у него кончился небольшой запас провизии и заурчал живот, он спокойно сказал себе продолжать в том же духе и правильно расставлять приоритеты. пару-тройку (или больше?) дней спустя он чувствовал себя очень странно, очень глупо... а ещё голодным и ослабевшим.
хлоя умел переносить трудности, и он бы определённо точно не умер. тогда он появился на шарпе и сел среди выжидающих чего-то местных под стеной здания, пряча лицо под капюшоном - не слишком усердно, впрочем. мо сидел неподалёку, возился с какой-то технической игрушкой. то ли по хлое было видно, что он давно не ел, то ли ебучий желудок завёл пластинку; сейчас хлоя не помнит подробностей, но тогда мышь - странное бесполое существо в маске - встал и передал ему водянистую картошку с горьким хлебцем странной формы. вроде бы они обменялись репликами, а может, хлоя спросил, с чего такая щедрость, короче, как-то так и вышло, что он пообещал отплатить позже.
позже - это когда он осел, нашёл работу, сам стал одним из местных. похоже, мышь не вспоминал ни о картошке, ни о хлебе. первое время хлоя думал об этом: он не любил ходить в должниках (и правильно, блядь, делал), но со временем забил болт. херня, да не может быть. прошло три года, и сейчас мышь собирается припомнить ему сраный паёк? даже маску снял для пущей серьёзности? херня, паранойя.

по хлое непонятно, щурится он или пытается играть в высокомерное бесстрастие. любой, кто знает хлою, скажет, что второе - не вариант. тем не менее, он всё-таки остаётся на крыше, привычно прикидывает, откуда ему сейчас можно было бы прострелить башку, и бросает:

- давай реще. без всех этих заплывов. зачем пришёл?

+2


Вы здесь » EVERY EPISODE EVER » MEDIUM RARE » пив-пав и постапокалипсис


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC